Я [презираю] аристо - Рик Рентон

Но вот это надменное презрение, с которым посмотрел на нас Библиотекарь, я совсем не ожидал встретить в стенах ликеума. Если бы сюда добавить ещё немного злобы, то взгляд этого человека будет уже совсем как тот, с которым на меня смотрел Ратмир Боровик.

Внешний вид служащего и его одежда тоже сильно отличались от тех образов, что я видел раньше. Даже заляпанный маслом комбинезон Димитра выглядел как-то органичнее. А этот… Словно только что из-под одеяла вылез. Где перед этим спал прямо в одежде.

Мятая белая рубашка хоть и была чистой, но опрятной отнюдь не выглядела. Бордовый жилет наполовину расстёгнут. Ниже пояса Библиотекаря не было видно за стойкой, но наверняка и брюки тоже мятые — как и он сам. Мешки под глазами, усталые морщины, неаккуратная запущенная причёска, давно требующая внимания цирюльника. Всё это ещё меньше сочеталось с той непомерной гордыней, что читалась в обращённых на нас глазах.

Может прав был Тумир, когда я однажды спросил у него, почему говорят «горе от ума». Тогда старик почесал бороду и предположил, что это всё из-за того, что шибко умному и непомерно эрудированному человеку все остальные кажутся непроходимыми идиотами. Даже если на самом деле они просто не настолько богаты знаниями, но достаточно сообразительны и профессиональны в какой-то своей, отдельной сфере знаний. Например, в подметании улиц, как он сам. И поэтому таким людям трудно найти себе приятелей. Вот потому «умники» всё время грустные и ходят. И никого не любят.

— Ну так что же вы желаете найти, благородные господа? — Библиотекарь поморщился и потёр небритые впалые щёки. — Только, пожалуйста, постарайтесь сформулировать заказ как можно чётче. Это напрямую влияет на время его исполнения.

Однако Таисья и не думала реагировать на подобную дерзость так, как я от неё ожидал. Продолжая невинно хлопать ресницами, она приступила к стеснительным и сбивчивым объяснениям:

— Видите ли в чём дело… Мой совсем не обращает на меня внимания… — Продолжая строить из себя какую-то куклу, девчонка обидчиво надула губки. И я понял, что и в первый раз это было не более, чем притворство. — И я хочу как-то его впечатлить…

— Вы уверены, что зашли по адресу, сударыня? — Недовольно перебил её Библиотекарь и снова поморщился. — Тут нет ни платьев, ни косметики. И книг про этот тоже здесь не найти. Это научная библиотека, а не ларёк с комиксами про влюблённых подростков.

На миг я всё-таки увидел, как в глазах юной волчицы проскочила гневная искорка. Но она тут же продолжила глазеть по сторонам, моргая с деланной жеманностью:

— Вот поэтому вы мне и нужны, сударь… Дело в том, что он очень увлекается историей… И я вот подумала… Может у вас есть какая-то книжка, чтобы там было что-то такое, что он точно не знает. А я бы прочитала и как рассказала бы ему что-то такое… Ну чтобы он прямо удивился весь, какая я умная!

Задумчиво пожевав губами, старик, тем не менее, продолжил хмуриться и смотреть на нас как на недостойных его внимания несмышлёнышей:

— Значит, вы хотите удивить вашего молодого человека глубокими познаниями в исторической науке, мадмуазель… Странно. Обычно юные леди стремятся удивить своих возлюбленных чем-то другим… Хотя тоже глубоким…

— Чего⁈ — Девчонка всё-таки вытаращила на него глаза.

Поймав вспыхнувший взгляд Таисьи, конторщик покосился на меня и чуть заметно усмехнулся. Видимо, тому, что всё-таки вывел её на чистую воду.

— Я имею в виду декольте, конечно же… — Снова устало потерев щёки, он глубоко вздохнул и, чуть прикрыв глаза, задрал кустистые брови и начал размышлять вслух. — Но что ж… Давайте для начала определим хотя бы период истории человечества, который интересует вашего приятеля… Древний мир? Античность? Средневековье? Ренессанс? — Он слегка приоткрыл один глаз и глянул на нас с неприкрытым скепсисом. — Вам же знакомы эти термины, юные господа?

— Знакомы… — От такой манеры общения уже и я начал понемногу терять самообладание.

И вдруг почувствовал, как Таисья коснулась моей руки, словно напоминая о призыве молчать:

— Видите ли… Я не знаю какой именно период…

— В таком случае мне будет слож…

— Но он из Бесаратии! — Девчонка радостно перебила усталое брюзжание своим мелодичным лепетом. — Может у вас есть что-то про неё? Что-то про такое… Например, про то, как Империя её завоевала! Мальчишки же любят всякое про войну, да?

— Хм… — Вместо усталого презрения во взгляде Библиотекаря на миг мелькнула какая-то печаль. — Война — дело молодых, как сказал поэт… Лекарство против морщин…

— Ну вот, видите! Вы же такой умный! Наверняка знаете что-то такое! Какую-то книгу, где можно прямо всё-всё про эту войну узнать! Вот бы он тогда удивился! — Девчонка продолжала мастерски строить из себя дурочку, миленько улыбаясь чванливому конторщику. — Это же совсем недавно было, да? Наверное, это ренессанс?

— Нет, юная леди, это был отнюдь не ренессанс… — Библиотекарь снова брезгливо поморщился. — Ладно… «Два года войны» Немировича-Панченко вас устроят?

— Наверное… А это он Бесаратию завоевал? Я думала, что это Пе́тровичи…

Прежде чем ответить, конторщик снова глубоко вздохнул и потёр морщинистый лоб:

— Нет… Это не он. И не Пе́тровичи…

— А там тогда про неё точно есть? Про завоевание?

— Присоединение Бесаратии к Империи было оформлено в Квазарградском мирном договоре от двадцать седьмого января, тысяча восемьсот восемьдесят девятого года… Хотя кому я… — Последние слова старик сказал куда-то в сторону. — Хорошо. Ожидайте. Сейчас я вам её принесу. Только выносить эту книгу нельзя. При поиске нужного вам факта, воспользуйтесь, пожалуйста, читальным залом…

— Хорошо! — Таисья даже изобразила что-то похожее на книксен. — Благодарю, вас сударь!

Фыркнув, конторщик поднялся со своего кресла. И когда он прошёл мимо полок куда-то в темноту, я заметил, что брюки у него действительно тоже сильно мятые.

Пока из-за полок раздавались шаркающие шаги, Таисья начала нетерпеливо подпрыгивать на месте. И как только из темноты послышался звук закрывшейся двери, она одним махом перескочила стойку.

— Ты куда⁈

— Следи за ним, как обратно пойдёт! — Пригнувшись к столешнице за стойкой, девчонка принялась водить носом туда-сюда. — Точно тут где-то спрятано… Внизу… Сладкий запах какой-то…

— Да может он просто пирожок с собой с обеда прихватил…

Пока я вглядывался в темноту между полками,